24 сентября в казахстанский прокат вышел фильм «7 қарақшы», рассказывающий историю группы грабителей, собранных для предотвращения ядерного взрыва, который угрожает всему миру. Режиссером картины стал Куаныш Бейсек, а ее сценарий был написан в соавторстве Казыбеком Оразбеком и Алдияром Жапархановым. В прошлом они вместе работали над фильмами «Ауру» и «Дәстур».

Мы поговорили со сценаристом фильма Казыбеком Оразбеком. Он рассказал о своем творческом пути, сценаристике в Казахстане и истории создания «7 қарақшы».

Текст Султан Раис

 

Казыбек Оразбек

сценарист фильмов «7 қарақшы», «Дәстур» и «Ауру»

 

   

 

Как пришел в кино 

Я учился на факультете математики в ЕНУ и играл там в КВН. Поиграв два-три года, стал капитаном сборной университета. Тогда мне даже удалось собрать в одну команду будущий состав проекта «Ирина Кайратовна».

После КВН ребята пошли дальше, а меня пригласили работать на местном телевидении. Именно во время игры в КВН я понял, насколько мне нравится придумывать. Когда шутка, которую ты придумал, вызывает у людей реакцию — смех, аплодисменты, иногда даже овации, — это очень греет душу. 

Мне действительно больше нравилось писать, чем играть. Наверное, тогда я и понял, что именно хочу придумывать — людей, персонажей, миры, истории, обстоятельства. Чтобы они вызывали эмоции и заставляли о чем-то задуматься.

 

 

 

 

О проблемах сценаристики в Казахстане 

Стоит признать, что в Казахстане пока не до конца понимают ценность сценаристов. Мы недавно ездили в Роттердам на кинофестиваль и встретились там с очень крутым кинопродюсером — человеком, который, можно сказать, построил всю израильскую киноиндустрию. Он нам сказал: «Знаете, кто не получает фиксированную плату из всей съемочной команды? Три человека». 

Речь шла о продюсере, режиссере и сценаристе. Эти трое должны получать долю от проекта, то есть определенный процент со сборов. Потому что только они точно не знают, сколько времени потратят на производство фильма. Оператор, например, знает: у него есть предусмотренное количество смен и время на подготовку к ним. Он понимает, сколько времени займет проект, и может взять несколько таких в год. 

А мы не знаем, сколько будем писать. «Дәстур» мы написали за три месяца, «Ауру» — за восемь, «7 қарақшы» — примерно за полгода. Есть проекты, над которыми мы работали долгое время, но они так и не дошли до производства. При этом в конечном счете сценарист, режиссер и продюсер — люди, от которых во многом зависит, каким получится проект.

Самое главное в кино — история. Однако у нас в Казахстане очень маленькие гонорары за сценарии. Часто думают: «А что там писать? Сцены придумал — и все». Когда называешь свой гонорар, тебе могут сказать: «А почему так дорого?»

Я считаю, что должна быть фиксированная оплата плюс процент от сборов. Не скажу, что это панацея, и решит все проблемы — но основную часть, думаю, решит. Если сценарист понимает, что его работа ценится, а от качества сценария зависит и его будущий доход, он может позволить себе работать над историей полгода или год. Тогда получится действительно качественный и продуманный сценарий.

Сценарист — самая творческая единица во всей съемочной команде.Потому что мы занимаемся только творчеством. Мы не занимаемся продвижением фильма.  

При этом я призываю всех сценаристов работать не только за рабочим столом, но еще и непосредственно на съемочной площадке. Потому что когда ты находишься на этой площадке, ты понимаешь ценность каждого слова, абзаца и действия, внесенного тобой. Кроме того, сценарист способен стать креативным продюсером и вносить свою лепту уже во время съемок. Он может находить новые детали, предлагать собственные идеи и примечания режиссеру.

 

 

 

Как появилась идея «7 қарақшы» 

Мы сидели с Алдиком и, как обычно, что-то разгоняли. В офис заходит Кука, ставит на телефоне песню «Бетпақ Дала» группы «Дос-Мұқасан» и начинает рассказ: восьмидесятые годы, город Алма-Ата, в Центральный банк врываются грабители в красных костюмах как у «Дос-Мұқасан».  

С этой полусцены все и началось. Нас зацепил ее сеттинг и мы начали разгонять. Мы задавали себе разные вопросы и думали над тем, как нам рассказать историю грабителей, но не скатиться в романтизацию криминала. Тогда мы пришли к тому, что показываем путь исправления заблудших людей.

У нас получилась очень яркая, контрастная история, где персонажи проходят большой путь. Это история про рецидивистов-преступников, которые спасли весь мир. То есть они из минуса пришли не к нулю, а к плюс бесконечности. Они спасли мир. А это, наверное, самое лучшее, что человек вообще может сделать.

 

 

О работе с большим бюджетом

Кука периодически приходил в офис, мы рассказывали ему историю, а он говорил: «Делайте. Вообще не смотрите, насколько это дорого. Я эту сторону возьму на себя». Поэтому мы действительно себя никак не ограничивали.

Мы написали, например, арку с поездом. Но кто и как его найдет — это уже не наша работа. Однако даже та история, которую мы написали, все равно не влезла в этот бюджет. Из-за этого нам пришлось сократить третий акт.

В третьем акте как раз идет пик всего экшена, накала, саспенса. Мы хотели все выкрутить на максимум: и взрыв сделать, и перестрелки, и погони. В итоге осознали, что просто не сможем это снять. Так что нам пришлось максимально уплотнить концовку. Я надеюсь, что это получилось сделать без потери энтертеймента, интересности и качества и что нам все-таки удалось передать дух финальной битвы.

 

 

 

 

Об исторической части фильма

Я не думаю, что мы старались аккуратничать и не задеть кого-то. Мы просто рассказали определенную историю. Реальные личности непосредственно участвуют в ней, но это ни в коем случае не историческое произведение.

Мы просто представили, что бы они сделали или сказали в такой ситуации. Это наш взгляд на этих людей и историю. Если кто-то скажет, что такого не было и так они не поступили бы, мы согласимся, потому что не пытаемся претендовать на историческую истину.

Конечно, мы затрагиваем тему Семипалатинского полигона. Это одна из важных тем, но не сверхидея. Все-таки этот фильм о другом. О спасении и искуплении людей. 

Мы как раз начинали писать ««7 қарақшы». Дошли до синопсиса и поняли, что это очень дорогой проект, поэтому взяли паузу. В это время Кука случайно нашел финансирование на другой большой фильм.

После его подкаста в «Замандасе», где он рассказывал, что хочет снять кино про Ибрая Алтынсарина, один известный инвестор заинтересовался идеей и предложил сделать этот фильм. Мы начали писать сценарий, но быстро поняли, насколько сложно работать с реальными событиями и людьми. Очень узкая грань между интересной историей и достоверностью: начинаешь добавлять драматургию — теряется достоверность, стараешься быть точным — становится неинтересно.

Мы несколько месяцев писали этот проект вместе со сценаристом Сергеем Литовченко, автором сериалов «5:32», «Мунай», «1286». Но в какой-то момент я настолько устал от этого проекта, что начал терять уверенность в своих сценарных способностях.

Тогда я достал «7 қарақшы», который мы на тот момент отложили, и начал самостоятельно расписывать его поэпизодный план. Каждый день писал по часу-два просто для себя, чтобы вернуть уверенность. Примерно за месяц закончил и показал Куке. Он сказал: «Это бомба, это надо снимать». Тогда мы основательно вернулись к «7 қарақшы» и уже нормально расписали его вместе с Алдиком. Придумали сюжет, диалоги, все остальное. Так проект фактически возродился.  

Мы сделали кино, которое сами хотели бы посмотреть. Не было цели изменить мир — мы просто делаем то, что нам нравится. Кайфовали от написания и от съемочного процесса. Иногда было тяжело, но очень кайфово, потому что мы делали что-то прикольное и интересное.